17 июля 2015

Виктор Пашков: Огонь победить трудно, но предотвратить можно

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

Когда Виктор Пашков, еще будучи в майорском звании, приехал на собеседование в Москву, генералы долго терзали его каверзными вопросами, и не сумев ни к чему придраться, все же отложили его аттестацию на должность замначальника управления госпожнадзора Главного управления МЧС по Иркутской области. Смутила генералов молодость майора – чуть за тридцать. Не сказали, но дали понять: подрасти, сынок.

Правда, ждать пришлось недолго. Через полгода его без лишних проволочек утвердили в должности замначальника, а с прошлого года полковник внутренней службы Виктор Пашков был признан достойным возглавить областное управление госпожнадзора. Больше его молодость никого не смущала. О нем судили не по годам, а по делам.

Мы встретились с Виктором Пашковым в преддверии 88-летия празднования службы Государственного пожарного надзора, которая ведет свой отсчет с 18 июля 1927 года.

– Вы, если не ошибаюсь, окончили Восточно-Сибирский институт МВД. Как вы расцениваете нынешнее изъятие из него пожарно-технического факультета?

– Как ошибку. Иркутский вуз складывался годами, еще со времен пожарно-технического училища. Там был накоплен богатейший опыт, в нем преподавали большие знатоки пожарного дела. Его диплом был как знак качества. Не преувеличу, если скажу, что его выпускниками комплектовались кадры от Урала до Дальнего Востока. И мне кажется, созданный в Красноярском крае филиал Санкт-Петербургской академии ГПС не смог его полноценно заменить. Его выпускникам, на мой взгляд, не хватает базовых знаний, которые в полной мере получали курсанты Восточно-Сибирского института МВД.

– У каждого крупного руководителя есть своя головная боль. Какая у вас?

– Сокращение численности инспекторов пожарного надзора. Когда я был в Москве в конце прошлого года, меня предупредили: к середине лета ждите очередного сокращения процентов на 10, а может даже и на 20. Не успел я вернуться, уже в январе начали урезать штатную численность. За последние полтора года мы потеряли почти 90 сотрудников. Было 398, осталось 310. Мы были вынуждены объединять территориальные подразделения: Куйтунское слили с Тулунским, Катангское – с Киренским, Мамско-Чуйское – с Бодайбинским. Естественно, нагрузка на инспекторов возросла.

– Это отразилось на результатах?

– Давайте взглянем на сегодняшнюю оперативную сводку. На 15 июля, то есть практически за полгода, число загораний по области по сравнению с тем же периодом прошлого года, несмотря на сложный пожароопасный период, снизилось на 33%. Поясню: загорания – это пожары, которые не наносят материального ущерба, и происходят без человеческих жертв. Тот же, например, пал травы.

– Неужели повсеместное снижение?

– Есть районы, где число загораний возросло. В Катангском районе, к примеру, в три раза. Казалось бы, скачок, но если учесть, что в прошлом полугодии там было одно загорание, а в этом – три, то никакого особого скачка нет. У тулунчан тоже малая прибавка – 0,6%.

– А как обстоят дела с настоящими пожарами? 

– Здесь тоже наблюдается тенденция к снижению. Даже Иркутск, дающий наибольший прирост статистики, стал меньше гореть. За полугодие зафиксировано 337 пожаров, против 353 в прошлом году. В Братске случилось 178 пожаров, в Иркутском районе – 158, а в Ангарске – 89, что меньше прошлогоднего на 19 пожаров. Приятно удивил нынче Эхирит-Булагатский район. Там число пожаров снизилось сразу на треть, с 29 до 19.

– А есть районы, где за полгода не случилось ни одного пожара?

– О таких остается пока только мечтать. Правда, к этому идеальному случаю приблизился Мамско-Чуйский район. Там в этом году произошел лишь один пожар.  

– Что чаще горит: жилые дома или предприятия?

– Процентов 70 приходится на жилой сектор. А в нем больше половины – это частные деревянные дома. В многоквартирных домах основные виновники пожаров – курильщики. Сценарий, как правило, простой: выпил, закурил, уснул… Бани часто горят. Обычно загораются там, где труба выходит через перекрытия. Толчком к возгоранию может стать детская шалость, неисправная электропроводка, неверно сложенная печка, а то и элементарный поджог.

– Находите поджигателей?

– Ищет полиция, мы лишь даем заключение: поджог это или нет. И не всегда это можно точно установить. В одних случаях есть обстоятельства, прямо указывающие на поджог, а в других – нет достаточных улик. Тем не менее в пошлом году было заведено и передано в судебные органы 24 уголовных дела по доказанным составам преступления, включая лесные пожары.

– Главным вашим методом борьбы с нарушителями пожарной безопасности по-прежнему остаются штрафы?

– Сегодня приоритет отдан разъяснительной работе. Мы до недавнего времени были исключительно надзорным органом, выдающим предписания и привлекающим к административной ответственности в случае уклонений. А сейчас вернулись к старой практике, которая возложила на нас и организацию профилактических мероприятий на территории области. Да мы, собственно, от профилактики никогда не открещивались. Прекрасно понимаем, что одной техникой, даже суперсовременной, пожары не осилишь. Самый надежный способ – менять сознание людей. Через сельские сходы, лекции, беседы, инструктажи.

– Раньше практиковалось создание добровольных пожарных дружин, особенно в отдаленных селах, где нет поблизости пожарной части. А как обстоит это дело сейчас?

– Полномочия по организации добровольных пожарных дружин возложены на муниципальные власти, но мы, конечно, кровно заинтересованы в их создании и всячески этому содействуем. Чем дальше село от райцентра, где, как правило, дислоцирована пожарная часть, тем необходимость в дружинниках возрастает. Они способны оперативно подскочить к месту пожара и ограничить распространение огня. Вспомните прошлогоднюю историю с поселком Дальний Нижнеилимского района. Там лесной пожар перекинулся на жилые постройки, уничтожив два десятка домов. А ведь мог выгореть весь поселок, не окажись там в наличии пожарная дружина. Они быстренько выкатили свою пожарную машину, а надо сказать, на селе к технике относятся бережно, она всегда на ходу, и первыми, до приезда подразделения государственной пожарной охраны, которому пришлось добираться добрую сотню километров, вступили в борьбу с огнем, сдерживая его переход на дома. Таким вот благотворным образом сказалась предусмотрительность администрации Нижнеилимского муниципального района, одной из первых в области озаботившейся созданием добровольных пожарных дружин.

– Зачастую слышишь от предпринимателей: достали эти пожарные инспекторы, проверка за проверкой. Не велик ли, действительно, пресс ваших проверок?

– Могу успокоить: он с каждым годом снижается. Только в Иркутске по сравнению с прошлым годом количество плановых проверок сократилось втрое. А по области их число снизилось с 3557 в прошлом полугодии, до 2552 – в нынешнем. Считайте, на целую тысячу. На следующий год мы вообще не будем планировать проверки по тем субъектам малого и среднего бизнеса, по которым ранее не выявлялись нарушения требований пожарной безопасности. Проверке, мы считаем, должны в первую очередь подвергаться объекты, несущие потенциальную угрозу для жизни людей, места массового скопления. Чтобы не повторилась трагедия пермской «Хромой лошади».

– Можно сказать, что ваши инспекторы всегда на страже нашей безопасности?

– Можно. Пользуясь случаем, хочу поздравить наших сотрудников с наступающим профессиональным праздником и пожелать им никогда не пятнать своей чести.

– Ну что же, нам остается только присоединиться к этим поздравлениям.

Другие материалы
Реклама от YouDo