Наводнение в Иркутской области: вопросы и ответы

31 июля 2019

Тулун жив и будет жить

Фото: автора

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

Завершается очистка Тулуна от последствий наводнения. Четыре улицы почти целиком пошли под снос – строить здесь больше ничего нельзя. Люди, потерявшие жилье, обустраиваются на новом – временном месте. Газета «Областная» продолжает следить за обстановкой в зоне паводка. Подробности – в репортаже из очередной командировки в Тулун.

 

ПВР работает до последнего клиента

Поначалу пострадавших эвакуировали в школы, а через неделю после потопа были развернуты пункты долговременного размещения. Всего в регионе пять таких пунктов, в которых зарегистрировано 422 человека, в том числе 115 детей. Это количество немного меняется день ото дня – кто-то уходит ночевать к родственникам, кто-то возвращается.

В общежитии специальной коррекционной школы-интерната № 28 размещено 80 человек, в том числе семь детей и 19 инвалидов. Образцовая чистота внутри и снаружи, перед пунктом дежурит сотрудник МЧС, внутри – полицейский пост. В вестибюле развернут консультационный пункт, здесь можно получить информацию от работников соцзащиты, службы занятости, пенсионного фонда, попасть на прием к психологу и прокурору. Все прибывшие заносятся в журнал: имя, фамилия, цель визита…

Вообще-то мы коррекционная школа, у нас постоянный контингент 56 детей-сирот и еще 38 родительских, которые у нас обучались, – рассказывает Надежда Сапега, директор школы и одновременно руководитель пункта размещения. – Как только разрешили проезд по трассе, детей-сирот вывезли в Усольский район в оздоровительный лагерь. Мы освободили помещения, поставили кровати, мебель, вымыли все, соцзащита закупила посуду и комплекты постельного белья, а с 8 июля начали принимать пострадавших от наводнения. Люди к нам приходили совсем без имущества, в одежде, которая на них, и все. К нам направляли в основном семейных с детьми и пожилых. В школе есть свой пищеблок, так что все обеспечены горячим питанием. Закупили бытовую технику, стиральные машины, моющие средства, телевизоры в холлы, – говорит Надежда Сапега. – Официально в таком режиме мы будем работать 85 дней, но нас уже предупредили, что если понадобится, то не закроемся, пока последний пострадавший не получит жилье. Как говорится, до последнего клиента.

 

«Спасибо, что приехали…»

Вот одна из гостей пункта размещения – пожилая, аккуратно одетая женщина, в кокетливой шляпке, сплетенной из искусственной соломки. Шляпка кажется мне знакомой. Выясняется, что Валентина Ивановна – местная знаменитость, во время визита в Тулун президента России Владимира Путина она не только успела с ним пообщаться, но и, как говорится, «попала в телевизор». Встреча произвела на нее неизгладимое впечатление:

Мы надеемся на Путина, а как же. Я его не просила за себя, ему, если нас всех выслушать, пяти дней бы не хватило, и года бы не хватило. Я ему говорю: вы помогите всем, и спасибо, что приехали.

В каждой руке у «свидетельницы президента» по сумке, оказывается, только что вернулась с пункта выдачи продуктовых пайков, взяла на себя и еще на двух старушек, которым тяжело ходить за продуктами. В пункте пребывания, по словам Валентины Ивановны, все хорошо: кормят три раза в день, баня есть, полотенца и мыло дают. О наводнении она вспоминает неохотно:

– Я проживала на Юбилейной, это улица, которой сейчас нет вообще. Проезжаете по центральной улице, и там, где вода зеркалом, и была Юбилейная. У моей семьи четыре дома уплыли: мой, сестры, племянницы и сына. Осталось то, что успели собрать.

Оповещение было, признает Валентина Ивановна, но какое-то, по ее словам, неважное:

По улице машина проехала пожарная, едет и говорит что-то, начало мы услышали, а конец нет, машина уехала уже далеко. Местные власти уверяли, мол, не волнуйтесь, не паникуйте, дамба выдержит. Люди все равно не верили, что так будет. Вода пришла, кто успел, схватили документы и уехали. И мы тоже документы взяли и белье, а остальное уплыло. И свиньи уплыли, и куры, и кролики, и собаки, и кошки… все, что было нажито, все уплыло. Мы три раза тонули, три раза горели, но на этот раз капитально.

10 тысяч Валентине Ивановне выдали, и 100 тысяч выдали за потерю имущества, а заявление на сертификат, сказали, будет рассматриваться 20 дней.

Голова уже не соображает, как распорядиться сертификатом, все разные инстанции по-разному говорят, начиная от Владимира Владимировича, дай бог ему здоровья, до наших городских, и иркутские все по-разному говорят. Как бы на нас не нажились эти, как их, риелторы, – опасается Валентина Ивановна.

 

Кто-то все равно станет крайним…

Вопрос доверия к власти далеко не праздный. Если в микрорайоне Угольщиков, который местные в разговорной речи окрестили «микрашкой», вполне городская панорама из типовых «хрущевок», то остальные тулунчане, хоть и числятся городскими, жили по-деревенски, усадьбами. Держали хозяйство, рассчитывали только на себя и привыкли не верить ни мэру, ни депутату, исповедуя принцип «не верь, не бойся, не проси». А теперь, оказавшись без крова и имущества, чувствуют себя в полной зависимости от государства. Конечно, многие пребывают в полной уверенности, что их непременно обманут, а есть и такие, кто решил воспользоваться ситуацией и надуть государство первым. Воспользовавшись неразберихой, подали сразу несколько заявлений на получение единовременной материальной помощи. После того как свели ведомости, «герои», получившие помощь по два, а один «ушлый» гражданин – и по три раза, оказались как на ладони. Что делать: что получено, давно пропито, удерживать не с чего, нет ни работы, ни имущества, а давать делу законный ход тоже вроде бы как не гуманно.

Многие соглашаются, что власть не в состоянии контролировать стихию, но есть и те, кто не может простить мэру Юрию Кариху, что он буквально накануне наводнения обещал, что дамба выдержит. «Я не могу осуждать никого из власти, ни Кариха, ни Путина. Кто виноват в том, что большая вода пришла? Но кто-то же все равно будет крайним», – философски рассуждает Валентина Ивановна.

 

«До и после»: порядочных людей больше

Сейчас у большинства главный вопрос – получение выплат. И здесь, на передовой многотысячной группировки спасателей, ликвидаторов и представителей власти, сражаются хрупкие женщины из МФЦ «Мои документы».

Мы работали почти с самого начала чрезвычайной ситуации, потому что в наше здание не попала вода, не пострадали рабочие места, и как только была восстановлена подача электрической энергии, были готовы к работе. Со вторника 2 июля трудимся в режиме с 09.00 до 23.00, – говорит руководитель Саянского отделения Иркутского областного многофункционального центра Марина Костырева. – Для сотрудников Тулунского отделения МФЦ «Мои документы» жизнь разделилась на период «до ЧС» и «после ЧС». Кстати, семьи четырех сотрудниц коллектива проживали в зоне затопления и тоже потеряли все. Конечно, «после» работы прибавилось. К приему граждан по вопросам восстановления утраченных документов и работе с заявлениями на выдачу социальных выплат добавились заявления на выдачу актов обследования межведомственной комиссии, постановлений администрации и заключений о жилом доме. Это тот пакет документов, который является основанием для социальных выплат. Ну и готовимся к работе с сертификатами на жилье и оформлению сделок на недвижимость.

Сотрудницы МФЦ работают не только в офисе, но и в пунктах временного размещения. По их словам, заметно, что люди реагируют на стрессовую ситуацию по-разному. В первые дни среди заявителей случались и истерики с криком по ничтожному поводу, а кто-то, наоборот, был заторможен и болезненно спокоен. Несмотря на то что человеческие качества обострились, даже в чрезвычайной ситуации хам остался хамом, а порядочный человек остается самим собой. И таких больше.

Другие материалы
Реклама от YouDo