День российского парламентаризма
Валерий Соколов: Мы искренне верили в то, что можем помочь
В прошлом году 27 апреля в стране впервые отметили День российского парламентаризма. Эта дата является днем начала работы в 1906 году Государственной думы – первого в отечественной истории демократического института, заложившего основы парламентаризма в России. Установление нового праздника призвано способствовать привлечению внимания населения к деятельности Федерального Собрания РФ и законодательных органов власти в регионах.
В преддверии праздника газета «Областная» совместно с Законодательным Собранием Иркутской области предлагает серию интервью с бывшими депутатами региона – о развитии парламентаризма, содержании и значении депутатской работы. Наш сегодняшний собеседник – генеральный директор социально-пенсионного агентства «Иртас-Сервис» Валерий Соколов. С 1996 по 2004 годы он был депутатом второго и третьего созыва Законодательного Собрания.
– Валерий Александрович, почему вы в 1996 году решили стать депутатом ЗС?
– В 1990 году я из Иркутска уехал в Москву на учебу в аспирантуру, но в 1992-м вернулся. В стране произошла, можно сказать, смена эпох. Открылись возможности для проявления частной инициативы, и я создал социально-пенсионное агентство. В прошлом году ему исполнилось 20 лет. И когда в 1994 году началось формирование новых органов власти, думаю, благодаря городскому совету ветеранов меня сначала выдвинули в депутаты, а потом и поддержали на выборах. Причем это были выборы отнюдь не в Законодательное Собрание, а в первый состав Думы города Иркутска.
– Состав Думы большой был?
– Всего-навсего 14 человек. Это был первый созыв в новейшей истории – 1994–1996 годы. Мы создавали первый Устав города и формировали нормативные документы. Пошли по пути создания местных самоуправлений по месту жительства. Я тогда создал первый комитет самоуправления в Юбилейном. Это были первые ростки низового самоуправления.
– Почему Дума проработала два года?
– Это был указ президента страны Бориса Ельцина. На два года были сформированы все представительные органы власти. Первый созыв ЗС тоже проработал в этот период два года. И когда встал вопрос о выдвижении людей в Законодательное Собрание второго созыва в 1996 году, то предложили: давайте мы вас будем рекомендовать.
– И тогда городская дума плавно переизбралась в Законодательное Собрание…
– Нет, что вы. Нас было трое. Тогда проходили спокойные встречи с избирателями по месту жительства. Финансовый вопрос особо не беспокоил. Злопыхательства не было, хотя конкуренция была острой, больше 10 человек. Я помню, что один из кандидатов раздавал продукты, и это считалось серьезным отступлением от норм морали. Через четыре года все резко изменилось.
Интерес к выдвижению кандидатов в депутаты стали проявлять финансово-промышленные группы. Они были заинтересованы в избрании своих представителей. Кроме листовок массово печатали газеты без выходных данных и ограничений тиража, которыми заваливали все почтовые ящики. Настойчиво ходили люди из групп поддержки по квартирам, предлагая, а может, где-то навязывая своего кандидата. Временами обстановка предельно накалялась.
– Тем не менее, вы выиграли.
– Да, хотя за одним столом, как во втором созыве, мы уже не умещались, и тогда к приходу третьего созыва был подготовлен зал. Конфигурация рассадки изменилась.
– А атмосфера?
– Атмосфера тоже поменялась, потому что уже началось разделение депутатов на группы по определенным политическим соображениям.
– Тем не менее, именно в то время вы достигли пика своей депутатской карьеры. Стали заместителем председателя ЗС.
– Когда после долгого противостояния Виктор Боровский с перевесом в два голоса был избран председателем ЗС, началось формирование других структур областного парламента, и вместе с Геннадием Истоминым я был избран вице-спикером. А во втором созыве работал председателем комитета по социально-культурному законодательству.
– Третий созыв связывают с периодом наибольшего противостояния депутатского корпуса и исполнительной власти. Сегодня как вы можете оценить прошлую ситуацию в региональной политике?
– Я оцениваю не так уж драматично те события. Конечно, были массовые исходы депутатов с сессии. Были и несостоявшиеся сессии по причине отсутствия кворума. За этим стояли определенные силы. Одни были заинтересованы в конструктивной работе с исполнительной властью и губернатором, другие – настроены противодействовать. Моя личная позиция была проста. Избран губернатор Борис Говорин, причем избран населением Иркутской области. Ему требуется помощь, поддержка и содействие. Он, как любой лидер, пытался находить людей. В Законодательном Собрании сформировалась группа «Деловой союз», и я был руководителем этой группы. Она была создана для поддержки действующей исполнительной власти.
– Но она была малочисленная.
– Нет. В ней было больше половины депутатского корпуса. А вторая группа называлась «Народный депутат».
– Это оппозиция.
– Если по отношению к действующей исполнительной власти, то, выражаясь современным языком, да. Хотя тогда это слово не звучало, естественно. Противостояние действующей власти всегда будет при любой системе. В то время вообще было больше живой энергичной жизни. Особенно это заметно было в отношении председателей ЗС третьего созыва. Сменилось три председателя ЗС.
– Проходила смена по воле исполнительной власти?
– Да. Считали, что председатели не всегда готовы конструктивно рассматривать те предложения, которые исходили от власти.
– Если говорить о другой стороне депутатской жизни, законодательной, как протекала она?
– Вот как раз в этой сфере весьма неплохо все складывалось. Здесь нет оснований себя ругать ни во втором, ни в третьем созыве. Шла нормальная работа над законопроектами, над бюджетом, над социальными программами. Социальный блок я как раз курировал непосредственно. И ведь делалось очень много. Я помню, когда в 1997 году стал председателем комитета, было только три социальных программы, а вот в 2000-ом – уже 23 программы по разным направлениям. Это значит, что каждое направление мы в Законодательном Собрании прорабатывали. Время было непростое. Я помню, тогда по два-три дня шел разговор по бюджету. Денег не хватало. Ситуация была сложная, где-то удручающая. Но надо было найти решение, принять бюджет вовремя и в нужных пропорциях. Обычная работа законодателя.
Новые формы работы появлялись в Законодательном Собрании: депутатский час, депутатские слушания, круглые столы по тем или иным проблемам. Перед тем как начать подготовку законопроекта, надо было собрать как можно больше мнений и экспертных заключений.
Например, первый законопроект, с которым я столкнулся, став депутатом ЗС, был связан с определением понятия «прожиточный минимум». А вместе с ним появилось понятие «потребительская корзина». Тогда впервые были определены те нормативы, которые позволяют рассчитывать и бюджет, и социальную помощь. Так что шла очень активная законодательная работа.
Я приезжал на работу в 8, в 8.30 и уезжал после 20, и мне был интересен этот процесс. Мне казалось, я участвую в большом деле. Никакого формализма не было. Не помню, чтобы я слонялся по коридорам «серого дома» и думал, чем бы заняться.
Многие структуры – и государственные, и муниципальные, и общественные –ориентировались на Законодательное Собрание. Они вносили предложения, просили их рассмотреть и поддержать. И мы включались и искренне верили в то, что можем помочь. И надо сказать, очень часто помогали.
Прежде всего, через формирование новой законодательной базы. Многими наработками депутатов прошлых созывов мы благополучно пользуемся и по сей день.